Она умерла
От алкоголизма
Укутавшись в одеяло
В шезлонге
Океанского
Лайнера.
Все ее книги об
Ужасающем одиночестве
Все ее книги о
Жестокости
Безответной любви
И это все, что от нее
Осталось
И праздный турист
Нашел ее тело
Известил капитана
И ее быстро унесли
Куда-то вглубь
Корабля
И все
По-прежнему так
Как
Она написала.
Аллюзия.
Она сидела на грязной лавке и смотрела на заходящее солнце возле отеля Great Trap. В ее голове рылись, словно вонючие клопы, обрывки разных ненужных и мелочных мыслей, смешанные с беспорядочно звучащим, периодически обрывающимся и возобновляющимся вновь трип-хопом.
- Все готово, Миссис Гранж.
Она очнулась:
- Спасибо, Гарри.
- Куда направляемся?
- Гарри, я поеду сама, ты и так уже много сделал для меня.
Миссис Гранж села в машину, вставила диск в магнитолу и уехала. Она не знала, куда. Знала лишь то, что больше никогда не увидит Смиттерса, которого успела так возненавидеть за эти года. Возможно, она была трусихой. Возможно, она бежала. Бежала от невыплаченных кредитов, налогов, работы, подруг. Возможно, она даже бежала от самой себя. Но сейчас ее мало что волновало. Она ехала по шоссе, думала о маленькой квартирке в Нэшвилле, о том, что было бы неплохо потолстеть на пару кило, может быть, даже на пять. Она слушала трип-хоп в своей голове и смаковала мелочные мысли.
- Бетти. Бетти, черт тебя дери, вставай уже наконец! Почему ты не постирала синюю рубашку? Какой от тебя толк вообще, тупица? Нахрена я связался с тобой?
- Сейчас, милый.
- Сколько раз я просил тебя не называть меня так?!
- Смиттерс.
(Источник: Spotify)
(Источник: Spotify)
“Ah! oo, oo, oo, oo, ah, ah, ah! Nobody says the ”B“ word!”
One of 30ish portraits that is on display at Mondo Gallery in Austin, TX until May 25th.
Жизнь – непредсказуемая штука. Ты сидишь в своей комнате и почти ничего уже не ждешь. И тут происходит чудо. В твоей жизни появляется человек, которому абсолютно наплевать на то, что ты – чужой и квартира это чужая. И входить в нее просто так не положено. Он просто входит в твою жизнь, как входят в свой дом, распахнув ногой, закуривая сигарету, открывая холодильник и ставя на плиту чайник. И…твой мир начинает рушиться. Он разваливается у тебя на глазах, обои трещат по швам, разлазятся по волокнам шторы и все становится другим. Словно ты выпил волшебный распылитель, который стирает всю иллюзорность мира и меняет свойства вещей. И ты сидишь, прямо вот посередине комнаты. И комната оживает, секунда - стереосистема становится магнитолой, вторая секунда – и это уже запылившийся граммофон, с тонкой и затупившейся иглой на чуть надщербленной пластинке. третья - и он растворяется в воздухе. И вот ты уже в самом центре этого старья и хлама. А человек по-житейски стряхивает с пиджака невидимые соринки, и смотрит с улыбкой. Типа чего сидишь здесь. А ты не понимаешь – и, правда, чего. Он уже собственно, развалил все, что можно. А теперь чего хочет? Но нет – человеку этого недостаточно.
И вот тогда ты встаешь.
Buongiorno, principessa!
(со страницы thebestfilms)
Пересмативать старые записи - невероятно интересно и невероятно грустно одновременно. Смотришь в эти лица и удивляешься: все так повзрослели, постарели, заболели, умерли. А на пленках все молоды, здоровы и счастливы. И этого уже больше никогда не вернешь.
(Источник: paulgondry)
31/50 Stunning Cinematography → A Clockwork Orange (1971)
Наркоманский фильмец
(со страницы kaisergiraffe)
Neil Gaiman has released a book of his great commencement address, Make Good Art.
When...
Just Do It
© 2013, Kirsten Rothbart
Stakes on Flickr.